Польские элиты пропитаны русофобией

12/05/2022
Политика

Посла Российской Федерации в Польше Сергея Андреева облили красной краской, когда он возлагал венок на кладбище советских воинов в Варшаве.

В Польше до сих пор не извинились за агрессивную выходку и не объяснили – почему не обеспечили положенную защиту главе иностранной дипмиссии.

В эфире Радио «Комсомольская правда» Чрезвычайный и Полномочный посол Российской Федерации в Польше Сергей Андреев оценил нынешнее состояние российско-польских отношений и их дальнейшие перспективы.

— Сергей Вадимович, были ли вы готовы к подобным провокациям 9 мая?

— Мы давно ко всему готовы. Я здесь уже семь с половиной лет, чего только за это время не было…

— Польские власти, польская полиция сделали все необходимое, для того, чтобы подобные ситуации были предотвращены?

— Скорее, наоборот. Памятные мероприятия 9 мая — они традиционные, проводятся каждый год, лишь на время пандемии пришлось сделать перерыв. Когда о наших планах стало известно, в Интернете пошла волна протестов и угроз, и, в конце концов, за два дня МИД Польши прислал нам ноту о том, что не рекомендует проведение мероприятия, приложив к письму абсурдные ссылки на якобы нарушение польского уголовного кодекса.

На охрану общественного порядка нам рассчитывать не приходится. Мы не так за себя опасались. А вот обычным польским гражданам, которые пришли бы вместе с нами, и нашим соотечественникам, им могло достаться плюс возможные преследования по всяким абсурдным обвинениям. Поэтому мы решили большого мероприятия не делать, а провести «Бессмертный полк» у себя в посольстве. Но польскую сторону уведомили, что посол с супругой в понедельник приедут в 12 часов, возложат венки. Мы считали, что это — минимум, и проведение памятного мероприятия в таком формате не вызовет проблем. Но как оказалось, наоборот, подстегнуло. И произошло то, что произошло.

Уже говорил неоднократно, что я очень высокого мнения о профессионализме польских служб охраны общественного порядка, и поскольку вот эти протесты явно готовились не спонтанно, а в течение длительного времени, тщательно, я не думаю, что это могло происходить вне поля зрения польских правоохранительных органов. И если они это допустили, не воспрепятствовали… Не знаю, было указание не препятствовать или было дано указание прямо противоположное, но позже-то выяснилось, что полиция там была, только она в засаде сидела, пока мы не были вынуждены развернуться и направиться на выход, вот тогда они принялись, как потом сказал министр внутренних дел, обеспечивать наш безопасный отъезд.

— То есть, как минимум, правоохранительные органы и специальные службы не препятствовали тому, что произошло, а как максимум можно предположить, что где-то, возможно, и могла вестись соответствующая подготовка с тем, чтобы та русофобская линия, которой Польша придерживается последнее время, была уж окончательно и бесповоротно утверждена на официальном уровне?

— Она давно утверждена окончательно и бесповоротно, тут не требуется каких-то добавок. Главный вопрос, который сейчас у всех возникает, причем у всех комментаторов — и проправительственных, и оппозиционных — а чего добивались-то? Хотели нас просто попугать? Ну, опять же, зачем? Потому что по результату, получилась полная компрометация польских властей. Это просто удар по имиджу страны. Чего хотели-то? Никто внятно объяснить не может.

— А как вам, в принципе, в последнее время работается в Польше, в стране, которая заняла, пожалуй, одну из самых ярых русофобских позиций в Европе? Может быть, приходятся какие-то дополнительные меры безопасности соблюдать? Есть ли сегодня в Польше люди, которые симпатизируют России?

— Живется и работается так же, как жилось и раньше. А что касается поляков, то при том накале антироссийской истерии, которая доминирует в политическом, информационном, академическом пространстве, среди так называемых элит, подавляющая масса обычных людей — адекватные, разумные, они совершенно не рвутся к какой-то конфронтации. При том, что у нас, конечно, разные взгляды и на историю, и на политику, но с ними вполне можно нормально вести дела. Я все эти годы повторяю, что нет между нами никаких непреодолимых проблем. Была бы воля со стороны польского политического руководства, я не скажу, что мы бы пришли к согласию по всем вопросам, мы просто могли бы нормально жить по соседству, сотрудничать к обоюдной выгоде и не рваться к выяснению отношений, в том числе, не самыми цивилизованными методами.

Но стоит признать, что есть одно «но»: польская элита пропитана русофобией от и до. Доступ в польскую политическую, журналистскую, академическую элиту практически закрыт без сертификата русофобии. И вроде бы никаких непреодолимых препятствий для нормальных отношений нет, но вот та самая политическая воля, о которой я говорил, напрочь отсутствует. Поэтому каких-то шансов на улучшение минимальной нормализации отношений в обозримой перспективе я, к сожалению, не вижу.

— МИД России потребовал от руководства Польши извинений за то, что случилось 9 мая в Варшаве. Есть ли шанс, что извинения поступят?

— Верится с трудом, честно говоря. Просто за последние пару дней в связи с этими событиями польские официальные лица, включая премьер-министра, много чего наговорили… У них простая позиция – русские сами виноваты, посла предупреждали, а он не послушался, пошел – ну и получил по заслугам, так что не за что извиняться, пусть в будущем внимательнее российский посол прислушивается к тому, что ему говорит польский МИД. Еще не хватало, чтобы я тут вставал во фрунт.

— Может ли так случиться, что дипотношения между нашими странами будут разорваны?

— Мы не стремимся к ухудшению и обострению отношений с Польшей или с кем бы то ни было, при том условии, что нам не наступают на ноги, а уважают наши законные интересы. Но если по отношению к нам предпринимаются недружественные действия, как, например, было в марте с высылкой 45 моих коллег из нашего посольства, то отвечаем той же монетой. В апреле, как вы знаете, были высланы 45 польских дипломатов, не только из посольства Польши в Москве, но и из генеральных консульств.

Что касается разрыва отношений, я как-то говорил, что стараниями польской стороны они давно стремятся к нулю. Но в принципе сохранение дипотношений, сохранение посольств как все-таки канала для диалога, в том числе, и с прицелом на времена, которые изменятся, то этот аргумент остается в силе, и пока польская сторона тоже не высказывалась за разрыв дипотношений, она тоже заинтересована в том, чтобы сохранять свое посольство в Москве. Потому что рано или поздно, а говорить-то придется. И важно к этому времени подойти таким образом, чтобы не остаться за бортом важных контактов.

— Судя по видео, которое мы все увидели, ваша супруга не дрогнула, когда на вас напали. Скажем так, это годы тренировок?

— Моя супруга вместе со мной на дипслужбе больше 40 лет. У нас почти 10 лет работы в условиях гражданской войны — осады в Мозамбике, потом в Анголе. Польша — не самая трудная страна, где нам приходилось работать. Так что моя жена — стойкий оловянный солдатик, который еще мне фору даст по части боевитости и настроя.

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш email адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *